Рассказать о нас в соц.сетях

воскресенье, 15 декабря 2013 г.

Благотворительность в Российской империи



В начале XX века благотворительность в России переживала пик своего развития. На каждые 100 тысяч жителей Европейской части России приходилось 6 благотворительных учреждений. По данным на 1900 год, 82% благотворительных заведений были созданы и состояли под патронатом частных лиц, затем следовали сословные заведения (8%), городские (7%), земские (2%). Всего в Российской империи в 1902 году было зарегистрировано 11040 благотворительных учреждений (в 1897 году - 3,5 тысячи) и 19108 приходских попечительских советов.

В 1913 году поступления по всем благотворительным учреждениям одного только Санкт-Петербурга составили около 8 миллионов рублей. В марте 1910 года Всероссийский съезд деятелей по призрению констатировал, что 75% средств на эту сферу формировались на основе частных добровольных пожертвований и лишь 25% поступали от государства. По самым приблизительным подсчетам, в стране ежегодно раздавалось в виде милостыни не менее 27 миллионов рублей.

Собственными домами располагало 1941 благотворительное заведение, землями 240 заведений, особенно богадельни, детские приюты, дома дешевых и бесплатных квартир. Общая стоимость домов этих составила 90941434 руб., а стоимость земли 4679525 руб. Капиталами располагали 2446 заведений, к 1902 г. сумма капиталов составила 128751982 руб. Наибольшие суммы принадлежали: богадельням — 52 млн. руб., воспитательным домам — 30 млн. руб., детским приютам — 14 млн. руб.

Благотворительность в России приобрела широкий размах и самобытные формы. В 1909 г. образовался «Всероссийский союз учреждений, обществ и деятелей по общественному и частному призрению». Он стал инициатором двух общероссийских съездов деятелей благотворительности в 1910 и 1914 гг.

Начало Дня Белой ромашки в С-Петербурге: шествие сборщиц по Театральной улице. 1911год.

На собранные в Петербурге 20 апреля 1911 года средства (53 751 руб. 16 коп.) в течение года обеспечивалось содержание 40 больных детей в санатории в Териоках, был оборудован санаторий для взрослых на Крестовском острове, расширена амбулатория для лечения туберкулезных больных в Петербурге, розданы пособия на еду, жилье и лекарства больным чахоткой беднякам, переданы средства на подготовку медицинских сестер для работы с туберкулезными больными, отложен капитал на приобретение цветов в будущем.



День Белой ромашки  – один из массовых благотворительных сборов в России начала XX века. Целью Дня белой ромашки был сбор средств и распространение медицинских знаний для борьбы с туберкулезом.

Белая ромашка являлась символом дня.

В 1910 году была основана Всероссийская лига для борьбы с туберкулезом. Деятели лиги – врачи, родные больных и умерших, журналисты – стремились «заставить каждого вспомнить о существовании постоянного страшного, хотя и невидимого врага всего человечества – туберкулеза и призвать каждого вносить свою лепту на общее дело борьбы с ним»
(Отчет о Дне белой ромашки, Самара, 1913).






Сборщики пожертвований на борьбу с туберкулезом в День Белой ромашки в Москве. 1912 год. Архив неизвестной семьи.


С 1910 года День Белой ромашки проводился по всей России ежегодно.  Уже в первый год в акции приняли участие 104 города и было собрано около полумиллиона рублей. В День белой ромашки врачи читали лекции по гигиене и борьбе с туберкулезом, активисты ходили по улицам, собирая взносы в обмен на белые искусственные цветы, устраивались медицинские выставки. В ряде городов для акции бесплатно предоставлялись здания коммерческих собраний и городских театров.
Подобные акции случались в начале прошлого века довольно часто. Некоторые из них проходили по всей России. Зачастую им придумывали символическое название - "День белого цветка", "День колоса ржи", "День розового цветка", "День вереска".

Из «Иллюстрированного приложения» к «Южному краю» от 15.05.1911 года. Источник (ссылка) 

"День белого цветка" — сбор средств на борьбу с чахоткой. Санкт-Петербург. 20 апреля 1911 г. Фото ателье К. К. Буллы

 Дореволюционная открытка в честь праздника Белого Цветка.

Сборщики сдают кружки с пожертвованиями в пользу бесприютных детей, собранными в День Розового цветка, в помещении канцелярии Совета Общества попечения о бесприютных детях. Санкт-Петербург. 26 апреля 1912 г. Фото ателье К. К. Буллы

Участники сбора средств на постройку дома для больных детей рабочего района получают кружки и жетоны на квартире одного из организаторов Дня вереска. Санкт-Петербург. 15 сентября 1912 г. Фото ателье К. К. Буллы

Сборщики средств в пользу голодающих у здания Городской думы в День колоса ржи. Санкт-Петербург. 22 февраля 1912 г. Фото ателье К. К. Буллы

        Праздник Белой Ромашки в Ярославле. 1911 год

Во второй половине XIX - начале XX веков частная благотворительность, например в Ярославле, выглядела так. В 1866 году был открыт Ольгинский детский приют на 45 человек. Ярославские купцы Н. А. Друженков и К. М. Огнянов обязались ежегодно вносить по 1 200 рублей на две стипендии для двух девочек приюта, а купец А. А. Топыньков обещал вносить по 2 000 рублей ежегодно на стипендии для мальчиков.

                         Ярославль. Николаевский детский приют. Открытка (до 1917 г.)

Согласно Высочайшему соизволению, 17 апреля 1858 г. в Ярославле был открыт Николаевский детский приют — второе, после Ольгинского детского приюта, заведение подобного рода в городе. Попечительницей учреждения была назначена супруга губернатора О. П. Бутурлина, директором — купец А. И. Трунов.

В выписке из журнала думы от 27 сентября 1873 г. говорилось: "Николаевский детский приют в Ярославле был основан в 1858 г. потомственным почетным гражданином Алексеем Ивановичем Труновым, который и содержал его до настоящего года на свой счет, но в настоящее время, по изменившимся обстоятельствам в средствах ...он отказался от дальнейшего его содержания на свой счет..."

В заявлении в Ярославскую городскую думу от директора общественного банка, ярославского купца 1-й гильдии А. Д. Топленинова указывалось:
"Вследствие затруднений, встреченных по содержанию Николаевского детского приюта, собрание городской думы, чрез городского голову...удостоило меня предложением о вспомоществовании...Благодарю собрание думы, предоставившее мне случай сделать еще одно доброе дело. Предложение собрания я принимаю, и на содержание Николаевского детского приюта жертвую в основной капитал банка 10 тысяч с тем...чтобы жертвуемый мною капитал ...именовался "капиталом детского приюта имени в Бозе почившего наследника Цесаревича Николая Александровича пожертвованным Топлениновым..."

Директором приюта был врач Александр Александрович Виноградов, оставивший о себе добрую память на многие годы.




Фрагмент заявления купца А. Д. Топленинова в Ярославскую городскую думу о согласии пожертвовать капитал на содержание Николаевского детского приюта, 1873 г.

После смерти А. Д. Топленинова, попечителем стал Леонид Николаевич Пастухов, сын известного Николая Петровича Пастухова, основателя знаменитого Пастуховского училища.



Из перечня приютов г. Ярославля, 1916 г. Путеводитель-справочник по Ярославлю на 1917 г. Сост. П. Критский. Ярославль, 1916. С. 49-50.


"Базановский воспитательный дом"
В Иркутске, например, был открыт детский приют, так называемый "Базановский воспитательный дом" (также известен как Базановский сиропитательный приют). Открыт 7 октября 1893 (каменное здание, родовспомогательное отделение).
Был основан на средства иркутского золотопромышленника И.И. Базанова для призрения детей. В воспитательный дом принимались дети не старше одного года, в большинстве подкидыши, а иногда от неимущих родителей. Детей выкармливали и передавали на воспитание благонадёжным людям. До восьмилетнего возраста воспитательный дом следил за судьбой свих питомцев. В первые годы своего существования воспитательный дом принимал за год до двухсот младенцев.
Все принятые в приют дети получали фамилию Базановы. Мальчиков в приюте учили сапожному делу, давали конторское образование. Девочки становились белошвейками, сестрами милосердия, словом, все получали профессию, и многие всю жизнь носили Фамилию Ивана и Матрены Базановых.
После смерти И.И. Базанова его благородное дело продолжили его родственники — невестка Ю.И. Базанова и внучка В.П. Кельх со своим мужем.


С принятием нового законодательства (середина XIX в.) в стране резко увеличивается число пожертвований и возникает множество благотворительных обществ, открываемых частными лицами. По газетным сведениям, только с 1889 по 1898 год было открыто несколько сотен благотворительных заведений, а по данным министерства внутренних дел было зарегистрировано 74 устава частных заведений.


"Медицинский осмотр в русской богадельне". Шанкс Эмилия, 1880 -1900 годы.


Из Указа Императрицы Анны Иоанновны от 1730 года:
«Усмотрели Мы, что нищие прямые, престарелые, дряхлые и весьма больные без всякого презрения по улицам валяются, а иные бродят; с другой стороны Нам известно, что в богадельни, вместо прямых нищих, записывают таких, которые могут работой питаться, а иные в богадельнях не живут, но одно жалование получают, и не без греха, что бедные без презрения страждут, а вместо них тунеядцы хлеб похищают, поэтому ПОВЕЛЕВАЕМ непременно тунеядцев из богаделен выслать, или определить на работу, а прямых нищих ним в богадельню ввесть; помещичьи отдать помещикам, посадских – в посады для пропитания; малолетних мужского пола определить в гарнизонные школы, чтобы выросли, годились на службу вместо рекрутов, девочек – на фабрики, или кто захочет их взять на воспитание и в услужение». 

При Екатерине II (1762–1796) возникли новые богадельни. В Петербурге – Волковская (1777, на 250 коек) и городские богадельни (1781, отделения в разных частях города, всего на 2 958 коек). В Москве в 1771 году устроены старообрядческие богаделенные дома: Рогожский (на 890 человек) и Преображенский (на 400 человек). В 1775 году – Городской императорский Екатерининский богаделенный дом (Матросская богадельня).


Именной указ Павла I от 12 января 1801 года.
"О подтверждении, чтобы нищие по улицам не шатались, а содержаны были за счет селений и помещиков"
"Его Императорское Высочество по случаю того, что нищий Калужской губернии Жиздринской округи, экономический крестьянин Лукин, шедший для испрошения милостыни, утонул в пруду Брянской округи в Деревне Дятковой, Высочайше УКАЗАТЬ ИЗВОЛИЛ: на основании узаконений подтвердить повсеместно, чтобы нищие городские от города, а из казенных селений на счет сих селений, а помещичьи от помещиков содержаны были, а отнюдь бы нигде не шатались".
***

До сих пор неопубликованная и неизвестная в России, абсолютно редкая книга Адольфа Цандо "Вся правда о России , 1850 год" (Russische Zustände im Jahre 1850, Verlag Nestler&Melle), изданная в 1851 году в Гамбурге, Германия.  Из главы "Национальный характер: 
"Сострадание и добродетельность - главные свойства души этого народа и зеркало его внутренней природы. Самый простой человек из народа всегда готов поделиться последним с несчастными и слабыми людьми. Выражение лица набожного человека, помогающего бедняку, множество раз вызывало у меня чувство сострадания. Подаяние всегда сопровождается радушным и в то же время сердобольным поклоном. В лавках купцов и ремесленников, как в маленьких, так и в больших городах всегда отложены деньги с единственной целью, отдать их как подаяние проходящим мимо беднякам. 
Русский человек делает подаяния очень часто, с радостью и от всей души. Он всегда поможет и поддержит не только своего земляка, но и всех нуждающихся в помощи. Он благодетелен из-за внутреннего порыва, от любви к людям и ближнему своему. Он даже не думает о том, чтобы получить похвалу за свои поступки, и чтобы мир превозносил и прославлял его великодушие.
Особенно отличается своим желанием помогать бедным российское купечество.  Большое количество видных коммерсантов, такие как господа Гарфункель,  Шютт, Шуков и другие построили на свои средства в Санкт-Петербурге, а также в Москве и других городах  приюты для детей бедняков, дома престарелых для овдовевших и одиноких стариков, больницы и множество подобных учреждений и открыли внушительные вклады на вечное хранение, проценты с которых  предназначались для содержания этих учреждений.  Они завещали на благотворительность крупные суммы денег, пожелав при этом, чтобы их имена остались неизвестными. (Граф Лаваль и барон Штиглиц основали самые крупные из учрежденных частными лицами детские приюты). В различные банки по всей стране были отданы на хранение внушительные капиталы, часть процентов с данных сумм ежегодно передавалась невестам из бедных мещанских семей в качестве приданого. Дочерям обнищавшим купцов предоставлялась особая поддержка, чтобы они смогли найти себе достойную партию.
Даже в маленьких уездных городах купцы отличались великодушием. В частности я посетил замечательную больницу в Шуйском уезде Владимирской губернии, на учреждение которой пожертвовал миллион почитаемый в тех местах купец Киселев. Эта больница предназначалась для заболевших бедняков, которым предоставлялся должный уход и медицинская помощь. Подобных примеров в России великое множество, и это считается само собой разумеющееся, вместо того чтобы воспринимать их как нечто выдающееся.
Больницы графа Шереметьева в Санкт-Петербурге и князя Голицына в Москве заслуживают особого внимания. В них больных обеспечивают медицинской помощью и должным уходом. Основатели даже сейчас не жалеют денег и предоставляют все необходимое для процветания больниц. Я мог бы привести еще множество фактов, в которых я убедился лично. Мне кажется, их количество подтверждает мои слова о такой черте характера русского человека как добродетельность. Я бы еще добавил, что во всем мире не найти такое количество учрежденных правительством пансионов для детей из бедных семей, институтов для бедняков, домов престарелых и больниц как в России. Все эти учреждения находятся под покровительством императора и   императрицы или другого влиятельного члена императорской семьи. Таким образом, легко догадаться, кто был основателем какого-либо из учреждений."
 ***


В XIX веке богадельни возникают повсеместно. Для их устройства передаются благотворительные капиталы и каменные дома от представителей всех сословий – дворянства, купечества, мещанства, крестьянства. Многие богадельни получают семейные имена жертвователей. К примеру, в Петербурге действовали богадельни Елисеевых, Белосельских-Белозерских, графа Апраксина, княгини Салтыковой, фабрикантов Брусницыных.

Богадельня при фабрике Рябушинских в селе Заворово Тверской губернии. Начало ХХ века.


                               Призреваемые богадельни в Симбирске. Вторая половина XIX века

На рубеже XIX–ХХ веков богадельни составляли почти половину всех благотворительных заведений России для взрослых (по данным 1902 года, 2 083 из 4 382 заведений). Количество обитателей и материальное обеспечение в них различалось. К примеру, устройство московского «Убежища имени Степана и Анны Тарасовых для бедных престарелых лиц» на 150 человек, открытого в 1911 году, обошлось в 900 тыс. руб. Здание было столь добротным и представительным, что ныне в нем располагается Пенсионный фонд Российской Федерации (Шаболовка, дом 4). Некоторые одинокие призреваемые даже могли иметь в богадельне прислугу.

           Комната в женской богадельне. Конец ХIХ века

В 1901 году в богадельнях России проживало около 670 тыс. человек. В 1906 году богадельни располагали собственной недвижимостью на 41 млн руб. и капиталами в 53 млн руб.

Попечители и призреваемые у здания Дома призрения престарелых бедных женщин в память графа Г. А. Кушелева-Безбородко и К. К. Злобина Императорского человеколюбивого общества. Санкт-Петербург. 1913.

Дом призрения престарелых бедных женщин (Малоохтинская богадельня) был создан в 1857. В 1859 граф Г. А. Кушелев-Безбородко, член-благотворитель Санкт-Петербургского о бедных комитета, обязался за себя и своих наследников вносить на содержание Дома по 11 000 руб. в год. Обязательство обеспечивалось имениями графа. Одно из отделений Дома носило имя благотворителя К. К. Злобина, также завещавшего ему часть доходов от своего имения.

Воспитанницы женского ремесленного убежища для слепых графини М.Д . Апраксиной во время занятий в ткацкой мастерской. Санкт-Петербургская губ., дер. Мурзинка. 1914 год.


"Женское ремесленное убежище графини М. Д. Апраксиной… открыто в 1911 г. Устроено на 50 учащихся, в настоящее время обучается 27. Принимаются трудоспособные слепые девушки в возрасте от 16 до 25 лет со всех местностей Империи, предпочтительно же местные слепые. Они пользуются бесплатно полным призрением и обучаются ткацкому мастерству и грамоте. Курс учения трехлетний, по окончании же его слепых возвращают на родину, чтобы жить своим трудом. Со временем предполагается ввести обучение башмачному мастерству". (Из книги "Благотворительные учреждения для слепых в России". 1912).

Воспитанницы женского ремесленного убежища для слепых им. графини Апраксиной во время урока музыки. Фотограф К.К. Булла 1914 год.


Дом училища для слепых в Костроме. Фото В.Н. Кларк. Дореволюционная отрытка.

Группа мальчиков за работой в мастерской приюта для умственно отсталых детей и детей эпилептиков. Фотограф К.К. Булла. 1907 г.

                    Мебельная мастерская Рукавишниковского приюта. Москва. 1900-е годы.

В 1864 владелец металлургических предприятий и золотых приисков К. В. Рукавишников открыл в Москве на свои средства приют для подростков, осужденных за уголовные преступления. Приют отличался от тюрьмы не только благоустроенным бытом и хорошим питанием: юношам здесь давали образование, обучали профессии. В мастерских приюта делали мебель, шили обувь и одежду. Изделия шли на продажу, причем 2/3 вырученных денег поступали на счет воспитанника и вручались ему по окончании содержания. По образцу Рукавишниковского приюта в России было открыто около 20 воспитательных учреждений.

                                  Сиротские дети в сельском воспитательном доме. 1910-е годы.

Гатчинский Николаевский Сиротский Институт
В 1803 императрица Мария Федоровна основала в Гатчине сельский воспитательный дом на 600 детей обоего пола, принимавшихся с 7 лет. Заведение служило отделением Санкт-Петербургского воспитательного дома. Воспитанники получали элементарные знания и ремесленные навыки, после чего юношей уже с 10 лет размещали по вольным мастерам и в Александровскую мануфактуру, девиц – гувернантками в семейства. Лучших переводили в Санкт-Петербургский Воспитательный дом для дальнейшего образования. В 1817 Гатчинский воспитательный дом получил самостоятельный статус, в 1823 для него было построено новое здание по проекту архитектора Д. И. Квадри на Большом пр. Гатчины (ныне пр. 25 Октября, 2). К 1828 число воспитанников достигло 1 000.


В 1891—1892 годах в России разразился голод, охвативший осенью 1891 — летом 1892 годов основную часть Черноземья и Среднего Поволжья (17 губерний с населением 36 млн человек).

Страдания голодающих вызвали большое сочувствие в образованной части общества, в деревню устремился поток интеллигентных добровольцев, стремящихся организовать помощь крестьянам. Государство, пытаясь контролировать этот процесс, организовало систему официальных благотворительных учреждений и попыталось наладить сотрудничество с добровольцами, привлекая их к составлению и проверке списков получателей помощи. Наиболее эффективной формой общественной помощи крестьянам оказались благотворительные столовые.

Детская столовая в школе села Черновского. Село Черновское, Нижегородская губерния, Сергачский уезд. Фото Дмитриева М. П. 1892 г.

Народная столовая общественного питания. 1891-1892 гг. с. Большой Муром, Нижегородская губерния, Княгининский уезд.

18 ноября 1891 года был создан «Особый комитет наследника цесаревича Николая Александровича» (официально именовавшийся «Особый комитет по оказанию помощи населению губерний, пострадавших от неурожая»). Комитет являлся официальным учреждением при Министерстве внутренних дел. Задачами комитета были накопление пожертвований и согласование различных видов благотворительной помощи. Комитет, действовавший до марта 1893 года, собрал и распределил 4,5 млн рублей пожертвований, а также провёл две благотворительные лотереи, давшие 8,7 млн рублей прибыли.

В январе 1892 года в 14 губерниях были организованы единые официальные губернские благотворительные комитеты, а в 4 губерниях — образованы особые совещания под председательством губернаторов. Эти новые органы вобрали в себя уже действующие разрозненные благотворительные учреждения.
За время голода через всю официальную благотворительную систему (включая Комитет наследника цесаревича) было распределено пожертвований деньгами и хлебом на сумму 19,7 млн рублей, то есть около 13 % от размера казённой помощи нуждающимся.


Множество книг выходило с объявлениями о передаче вырученных от продажи средств в пользу голодающих. В данном случае инициатор акции редакция  журнала «Русская мысль».




Деятельность официальных благотворительных комитетов была более широкой, чем пособия земств хлебом: кроме обычного пайка крестьяне получали пособия на прокорм скота, было куплено и роздано крестьянам (по льготной цене и с оплатой в рассрочку) 42 тыс. лошадей. Губернские комитеты не только сами организовывали помощь на местах, но и оказывали пособия частным лицам и организациям, выступавшим с различными благотворительными инициативами.

Раздача крестьянам хлеба в ссуду в гор. Княгинино, Нижегородская губерния. 1891-1892 гг. М.Д.Дмитриев, 1892 год.

Раздача хлеба голодным детям священником Модератовым. 1891-1892 гг. Лукояновский уезд, с. Протасово. Фото М.Д.Дмитриева, 1892 год

Необычной формой помощи было командирование в губернии уполномоченных Комитета, обычно высокопоставленных чиновников МВД или чинов двора; предполагалось, что их высокий статус поможет преодолеть бюрократическую инерцию на местах. Комитет принимал и целевые пожертвования, направляя их по прямым распоряжениям благотворителей, и общие пожертвования; для распределения последних были составлены специальные списки, учитывавшие конкретные нужды голодающих. В числе удачных мероприятий Комитета было прикрепление губерний-доноров материальной помощи к определённым пострадавшим территориям, что позволяло оптимизировать логистику перевозок хлеба.
Комитет оказывал помощь также мелким землевладельцам (например, обедневшим мелкопоместным дворянам), которые в хозяйственном смысле не отличались от крестьян и так же бедствовали, но не принадлежали к крестьянскому сословию и не имели права на казённую помощь, на эти цели было израсходовано 6,5 млн рублей.

Среди крупных жертвователей Комитета были княгиня З. Н. Юсупова, внёсшая 100 тыс. рублей, бухарский эмир Сеид-Абдул-Ахад-Хан (100 тыс. рублей), граф А. Д. Шереметев (50 тыс. рублей), великие князья Сергей Михайлович, Георгий Михайлович и Александр Михайлович (35 тыс. рублей каждый), великий князь Георгий Александрович (30 тыс. рублей), будущий премьер-министр Столыпин (10 тыс. руб)


Ведомство учреждений императрицы Марии (сокращенно: ВУИМ) занимало выдающееся место среди благотворительных учреждений России как по числу состоящих в его ведении благотворительных заведений, так и по размерам капиталов, доходов и расходов самого ведомства и его составных частей.

  Эмблема ведомства Императрицы Марии. В геральдике пеликан, кормящий птенцов своей    кровью, означает как любовь родителей к детям, так и попечение государя о своём народе.

Деятельность ВУИМ началась с 1763 г. с открытием по замыслу Екатерины II Московского Воспитательного дома. Благотворительная деятельность ВУИМ распространялась на нуждающихся всех возрастов, на здоровых, больных и страдающих различными физическими недостатками. Помощь осуществлялась предоставлением пропитания, проживания, обучения или принимала форму денежного пособия, которое выдавалось на руки или передавалось в различные заведения в виде платы за обучение, призрение, лечение.

Занятия гимнастикой воспитанниц приюта имени вел. кн. Марии Николаевны Общества попечения о бесприютных детях. Петербург, 1913 год. 

В приюте общества призревалось 750 девочек и мальчиков в возрасте от 1 до 8 лет. Старшие дети переводились в училища или отдавались для обучения ремеслам в мастерские общества: для девочек — трикотажно-вязальные, ткацкие и художественного корзиноплетения, для мальчиков — столярную, сапожную, переплетную, а также школу садоводства и огородничества с обучением куроводству и кролиководству.

Воспитанники приюта имени вел. кн. Марии Николаевны во время урока чтения. 1915-1916. Фотоателье К.К. Буллы.

Выставка изделий художественного корзиноплетения воспитанников приюта имени вел. кн. Марии Николаевны.

В конце 19-го века только Ведомству учреждений императрицы Марии помимо двух воспитательных домов в Москве и Петербурге принадлежало более 300 приютов, яслей и школ, около 150 заведений учебного характера и 4 учебно-лечебных заведения.

Воспитанники за обедом в столовой Дома призрения и ремесленного образования бедных детей в С-Петербург. Начало 1900-х гг.

Страница из журнала посвященному торжественному открытию Владимирского детского приюта в Томске. 1882 год

 Преподаватели детских приютов Ведомства Учреждений Императрицы Марии. 1907 год.

В воспитательных домах в 1904 г. призревалось 59337 младенцев, частью в самих воспитательных домах, частью с отдачей в чужие семьи и матерям. Для призрения детей школьного возраста (более 23 тыс. чел.) действовало 329 приютов. Для обучения детей и взрослых действовало 75 средних (26235 чел.), 63 низших (4655 чел.) учебных заведения, а также 148 сельских школ для питомцев воспитательных домов и 44 школы для слепых и глухонемых, 2 высших и 4 учебно-лечебных заведения (в обоих более 1800 учащихся).

Для призрения взрослых действовало 55 домов призрения (4259 престарелых), а также 16 домов призрения для дряхлых, увечных, слепых и глухонемых.
Для оказания лечебной помощи — 47 больниц и лечебниц с 3374 кроватями, и 17 лечебниц для слепых и глухонемых.



Также в ведении ВУИМ действовало 30 благотворительных обществ и «Дом Анатолия Демидова» (в Петербурге, осуществлявший широкую благотворительную помощь).

После октябрьской революции, в 1918 году ведомство было упразднено, а его имущество и капиталы национализированы.



Воспитанницы женской профессиональной школы Императорского человеколюбивого общества в гостиной у начальницы мастерской дамских нарядов.С-Петербург. 1900-е.

Женская профессиональная школа Императорского Человеколюбивого Общества, рассчитанная на 150 человек (80 живущих и 70 приходящих) открылась в 1864 г. как девичья школа. В 1892 г. преобразована в профессиональную школу, где девочек обучали по программе двухклассных сельских училищ и приобщали к ремеслам — портняжному и белошвейному (курс 4 года). Бесплатно принимались девочки из приютов ИЧО, пансионерками — дети христианских вероисповеданий 12–16 лет.

Воспитанники занимаются гимнастикой в спортивном зале Дома призрения и ремесленного образования бедных детей в Петербурге. Начало 1900-х гг.


Оркестр Института слепых Императорского человеколюбивого общества. С-Петербург.1910-е годы.

Институт слепых предназначался для призрения 60 мужчин независимо от их звания и вероисповедания. Бедные призревались бесплатно. Призреваемые получали полное содержание, а также "научное, музыкальное и ремесленное образование".

Занятия чтением в классной комнате приюта Братства во имя Царицы Небесной для помощи психически больным детям. Санкт-Петербург. 1907. Фото ателье К. К. Буллы

Приют Братства во имя Царицы Небесной, созданный в 1900, располагал четырехэтажным домом, где размещались около 200 детей-идиотов и эпилептиков, школа и курсы медсестер по уходу за ними. В 1903 покровительницей приюта стала Императрица Александра Федоровна. Первая в России специализированная школа для умственно отсталых детей давала воспитанникам общее образование и ремесленные навыки. К 1907 Братство открыло отделения приюта в Москве, Курске и Райволе (Финляндия).


                                           В грудном отделении Воспитательного дома.

Основанное в 1896 году Общество Московских детских приютов входило в Ведомство учреждений императрицы Марии (ВУИМ) для централизованного управления специальными учреждениями по призрению детей по всей России. Все учреждения Ведомства добывали средства для благотворительной работы самостоятельно. Их основными источниками были членские взносы в низовых организациях, дары отдельных благотворителей, проценты с капиталов, доходы от благотворительных мероприятий.

Обучение разговорной речи в младшем классе Мариинской школы глухонемых. Санкт-Петербургская губерния, дер. Мурзинка. 1907 год.

Особой заботой Марией Федоровны было создание учреждений для призрения и обучения глухонемых детей. Первое из них возникло как отделение Воспитательного дома в 1806 и затем трансформировалось в Училище для глухонемых детей. В училище принимались дети 7–9 лет. Они получали общее и ремесленное образование. Из 162 мест в училище 120 были бесплатными и предназначались для круглых сирот, полусирот и детей бедных родителей. ВУИМ принадлежала также Мариинская школа для глухонемых в дер. Мурзинка под Санкт-Петербургом.



В 1911–12 г.г. голод охватил обширные районы Сибири и принес в деревню ужасные бедствия. Летом наблюдалась сильная жара, засуха, горячие ветры-суховеи, тяжело проявившиеся в Поволжье и на Дону. Суровая зима 1911—1912 гг. с буранами и необычный весенний разлив рек еще более ухудшили положение. Была собрана только одна треть урожая против среднего. Неурожай охватил обширную территорию всего Поволжья (от Нижнего до Астрахани), Камский район, Приуралье и Западную Сибирь. Помощь пришлось оказывать в 60 губерниях, особенно в Самарской, Оренбургской, Пермской, и в Донской области. Число нуждающихся, по самым приблизительным подсчетам, составило 8,2 млн человек. Голодающим было выдано 222 млн порций. Под руководством священников и учителей только в Поволжье было открыто более 7 тыс. столовых при школах, где детям выдали 24 млн обедов.



ЖУРНАЛ «ИСКРЫ», ГОД ОДИННАДЦАТЫЙ, при газете «Русское Слово». № 37, Воскресенье, 25 сентября .
Голод в Сибири. Фотогр. снимки с натуры, сделанные в Омске 21 июля 1911 года членом Гос. Думы Дзюбинским.
Первая фотография: Семья вдовы кр. д. Пуховой, Курган. у., В. Ф. Рухловой, идущей «на урожай». В запряжке жеребенок по второму году и два мальчика на пристяжке. Сзади — старший сын, упавший от истощения.
Вторая фотография: Кр. Тобол. губ., Тюкалин. у., Камышинской вол., д. Караульной, М. С. Баженов с семьей, идущий «на урожай».

В Журнале "Искры", №9 за 1912 год, например, было помещено большое число фотографий, посвященных голоду в Поволжье. Цель была поднять в народе волну помощи голодающим!
Аксютка, утоляя голод, жует белую огнеупорную глину, имеющую сладковатый вкус (с.Патровка, Бузулук. у.)

Священники о.Н.В.Цветков и о.И.И.Кедров, первые организовавшие трудовую помощь и сбор средств в пользу голодающих.

Голодные девочки, получающие пищу в столовой самарского биржевого комитета. ( г. Самара)


Елизаветинское благотворительное общество в Москве и Московской губернии (1892-1917 г.г.)
Елизаветинское общество представляло собой разветвленную структуру, осуществлявшую широкомасштабную благотворительную деятельность. В его состав входило 224 приходских комитета в Москве и 14 уездных комитетов в Московской губернии. Попечительницей Общества являлась Великая Княгиня Елизавета Федоровна. Руководил обществом Совет, в состав которого входили: Московский городской глава, врач, управляющий, Директор Воспитательного дома, старшина купеческого сословия, секретарь Великой Княгини.


        Дети на прогулке в окрестностях санатория им. Костровцевых. Сестрорецк. 1913 год.

Кроме приютов и яслей при приходских комитетах общество располагало 107 "Елизаветинскими вакансиями" в других ведомствах: монастырях Московской епархии, Александровском училище ремесленного сословия, Александро-Мариинском училище Мещанского сословия, Московском Совете детских приютов. В состав общества также входили несколько частных приютов и яслей и Елизаветинское временное убежище для детей.

Концепция построения Общества, основанная на комплексном совместном участии церковных и светских организаций, обеспечивала скорую подачу помощи бедным семьям и детям-сиротам. В дореволюционной России Церковным приходам был известен каждый человек с момента его крещения до смерти. Поэтому священнослужители хорошо знали нужды своих прихожан, их семей и детей.

Важно отметить, что Общество не получало никаких казенных субсидий. Все годы Елизаветинское общество существовало исключительно на благотворительные средства. Доходы Общества составляли членские взносы, пожертвования, поступления с процентов капитала, прибыли от устраиваемых спектаклей, концертов, лотерей. Кроме денежных пожертвований были пожертвования недвижимым имуществом, бесплатными работами, строительными материалами, вещами. Наиболее крупные из частных пожертвований сделала Великая Княгиня Елизавета Федоровна (более 60 тыс.

Крестьянин Широков пожертвовал Елизаветскому комитету 3000 рублей на устройство в Нижегородской губернии общежития для воинов-инвалидов и их семейств. В Арзамасе благотворитель Сурин пожертвовал 2 000 рублей на постройку приюта для детей павших воинов. В июле 1916 года в Петрограде открыл деятельность Центральный Ссудный Комитет, оказывающий ссудную помощь пострадавшему от войны населению. Размер ссуд - до 3-6 тысяч рублей).

Врач и медицинская сеста у постели больного ребенка в санатории для слабосильных детей Общества попечения о бесприютных детях. Сестрорецк. 1913 год.

За 25 лет работы Общество приняло участие в судьбе свыше 9 тысяч детей, в том числе в яслях - 3.717 детей, в приютах - 2.312 детей, остальные получали от Общества пособие. Общество выплатило матерям-вдовам 13 тысяч пособий на общую сумму 120 тысяч рублей. На содержание яслей и приютов общество за годы своего существования израсходовало свыше 1 миллиона рублей.

Елизавета Фёдоровна была покровительницей ряда благотворительных организаций и заведений, в том числе петербургских – Общества попечения о бедных и больных детях, Петровского общества Вспоможения бедным прихода Введенской церкви (в 1897 обществом было основано Убежище для взрослых калек имени великой княгини Елизаветы Федоровны), Сергиевского православного братства, Убежища для детей слабосильных и выздоравливающих Общества для пособия бедным женщинам в С.-Петербурге (с 1891), была председателем Санкт-Петербургского Первого дамского комитета Красного Креста, сопредседателем Императорского Православного палестинского общества (с 1905), действительным членом (с 1888) и почетным членом (с 1911) Императорского Женского патриотического общества, почетным президентом и покровителем Императорского Российского общества садоводства, почетным членом Правления Румянцевского исторического музея в Москве.
В разных формах оказывала покровительственную помощь Царскосельскому благотворительному обществу, Обществу вспомоществования уроженцам города Углича и уезда его в Санкт-Петербурге и Попечительству императрицы Марии Федоровны о глухонемых.
В 1892 основала в Москве Елизаветинское благотворительное общество, для призрения младенцев беднейших матерей (Елизаветинские комитеты общества были организованы в приходах по всей Московской губернии).

Проявляла заботу о воинах, раненных в ходе Русско-японской и Первой Мировой войны, была в числе организаторов созданного в 1905 Женского кружка помощи пострадавшим воинам. В 1914 вместе с вел. кнж. Ольгой Николаевной стала сопредседательницей Верховного совета по призрению семей лиц, призванных на войну, а также семей раненых и павших воинов, в этом качестве участвовала в работе Особой комиссии по призрению воинских чинов и других лиц, пострадавших в продолжение войны, а также их семей.

С приходом к власти большевиков, общество было закрыто. С началом революции Елизавета Фёдоровна отказалась от предложений уехать из России. 24 апреля 1918 была арестована и отправлена в Сибирь. Вместе с некоторыми другими членами императорской фамилии была живой сброшена в шахту Новая Селимская в 18 км от Алапаевска.


"Всероссийское Попечительство об охране материнства и младенчества"


Благотворительное учреждение, созданное по инициативе императора Николая II с целью уменьшения детской смертности в Российской империи. Действовало под покровительством императрицы Александры Федоровны. Устав попечительства был утвержден 4 мая 1913. Указом от 31 мая 1913 Николай II выделил на устройство попечительства капитал в сумме 
1 010 000 руб. вместе с наросшими процентами, пожертвованный Петербургскими и Московскими частными коммерческими банками в его распоряжение в ознаменование трехсотлетия воцарения Дома Романовых.

Всероссийское попечительство об охране материнства и младенчества. Детский приют. 1916. Фотоателье К. К. Буллы.


Всероссийское попечительство об охране материнства и младенчества. Детский приют. 1916. Фотоателье К. К. Буллы

Всероссийское попечительство об охране материнства и младенчества. Детский приют. 1916 год.

Попечительство было призвано устраивать приюты для матерей и детей, в том числе приюты-ясли, молочные кухни, детские лечебницы, родильные приюты и т.п., а также распространять здравые понятия в деле ухода за младенцами и их питания. Объединять все начинания по охране материнства и младенчества, поддерживать связь между всеми учреждениями и лицами, способствующими решению поставленных попечительству целей. В 1916-1918 годах Всероссийское попечительство издавало журнал «Охрана материнства и младенчества».



В годы Первой мировой войны, общество особо понимало важность обеспечения нужд семей солдат.
"Русские воины не должны тревожиться за судьбы оставшихся дома жен и детей своих. Заботу о них возьмут на себя те, кто не призван на войну". 
Эти слова из обращения Верховного Совета по призрению семей лиц, призванных на войну, - органа, учрежденного Императором Николаем II летом 1914 года - отражают реальное единодушие русского общества в деле помощи жертвам войны. В первую очередь - семьям, оставшимся без кормильца, беженцам. Детям-сиротам погибших чинов армии и раненым. Возникает множество крупных общественных союзов и новых государственных благотворительных заведений. Стихия частной благотворительности - "тысячерукая русская милостынька" слагается из пожертвований всех званий и сословий Российской Империи: от Государя Императора до безусого гимназиста.





Бывшие воины русской армии, призреваемые в Чесменской военной богадельне императора Николая I. Санкт-Петербург. Начало 1900-х.
Чесменская военная богадельня была создана в 1836 для призрения 15 офицеров и 460 нижних чинов, которые принимались «по дряхлости и старости» при условии, что их пенсия составляла не более 300 руб. в год для офицеров и 100 руб. для нижних чинов. Пациенты содержались на полном иждивении, включая бесплатное лечение. Инвалидам разрешалось сохранять мундир с последнего места службы и погоны



           № 38 журнала «ИСКРЫ», 1914 год.
                                        Помогите воинам и их семьям. Фот. А. И. Савельева.

23-го сентября Всероссийский Земский Союз приступил к сбору пожертвований в пользу раненых воинов и по выздоровлении отправляемых по месту жительства, а также нуждающихся семей запасных — вдов и сирот. Жертвуйте теплую одежду, носильное платье, белье, обувь и пищевые продукты. Приготовьте ваши пожертвования, — союз пришлет за ними уполномоченных.

Карт.1 : В Гнездниковском пер.

Карт.2: Сборщицы принимают пожертвования из квартир.

Карт.3: "Нет, деньгами не берем. Если нет вещей, то купите хоть папирос в магазине".

Карт.4: Р. З. Чинаров, г-жа В. С. Аренцвари, В. В. Максимов, С. А. Баженов, Добкевич, Н. С. Орешков, Н. О. Монахов, В. Н. Войнаровский.
Сидят: Е. Н. Щепкина, Е. С. Нелидова, М. С. Давыдова.

Карт.5: Сбор из квартир.

Карт.6: Выезд на сбор из склада в Малютинском пер.

                                                  № 38 журнала «ИСКРЫ», 1914 год.
                                            Москва — раненым. Фото А. И. Савельева.
Единодушный порыв — помочь нашим раненым воинам — объединил решительно все слои населения Москвы. Что, казалось бы, общего между витающими в мире изящного, признанными и избалованными служителями искусства — артистами Императорских театров — и бедными, скромными искателями правды в жизни — трезвенниками с Благуши. А между тем и те и другие, вложив в дело свою душу, вызвали к жизни одно и то же. Они создали образцовые лазареты, при них мастерские и т. п.

Карт.1: Лазарет Императорских театров. Артисты принимают в складе белье и одежду из своей мастерской.

Карт.2: Лазарет Императ. театров. Чтица.

Карт.3: Лазарет Императорских театров. Раненые за обедом. Наблюдают и прислуживают артисты.

Карт.4: Лазарет Императорских театров. В палатах. Визитация врача.

Карт.5: Народный дом московских трезвенников, превращенный в лазарет для раненых. Мастерская для шитья белья раненым.




Инвалиды за работой на конвертной фабрике общества "Братская помощь". Петроград. 1916 год.


Воспитанницы приюта Общества помощи бесприютным и беспризорным детям призванных на войну. Новгородская губ., ст. Торбино, имение «Отрадное». Август 1916.

В годы Первой мировой войны для бесприютных детей, отцы которых были призваны на войну, создавались сельские приюты, где они могли прокормиться и обучиться ремеслам. 

Работники пункта «Капля молока» выдают молоко нуждающимся и голодающим. Минск. 1914–1916

       Сестры милосердия в комнате общежития Кубанской общины. Екатеринодар. 1915 год.

"Романовский Комитет"
В июне 1914 года начал свою деятельность Романовский Комитет по оказанию помощи детям воинов, задача которого - призрение сирот русских воинов. В январе 1916 года в губерниях и городах было учреждено 63 приюта, в сельской местности - 380. В приютах с сельским укладом жизни призревалось 13 322 питомца, а в городских - 4 402. Общая сумма пособий, отпущенных приютам, превысила 2 миллиона рублей.

"Татьянинский Комитет"
14 сентября 1914 года Государем Императором утвержден Комитет Ея Высочества Великой Княжны Татианы Николаевны по оказанию временной помощи пострадавшим от военных действий. С инициативой ее создания выступила 16-летняя княжна Татьяна, дочь Николая II.
Главной задачей Комитета стала помощь беженцам.

Чаепитие у здания богадельни, организованной комитетом великой княжны Татьяны Николаевны в Дачном. 1916 год.

Получив щедрый дар (425 000 руб.) от Государя, Комитет поместил на страницах газет и журналов воззвание о материальной помощи беженцам. Уже к декабрю 1915 года поступило: от сословий, земств и городов - 426 751 руб.; от коммерческих предприятий - 175 321 руб.; от учащихся - 148 014 руб. Всего - 750 086 руб. Успешному сбору пожертвований немало способствовало сердечное участие, которое принимала в делах Комитета Великая Княжна.
На 3 000 000 руб. увеличила бюджет Комитета и благотворительная лотерея 1914 года. Денежные субсидии выдавались как организациям, оказывающим помощь пострадавшим от военных действий, так и отдельным лицам - 100-150 руб. на семью.
Помимо этого, Комитет занимался устройством общежитий и дешевых квартир, приобретением одежды, белья и обуви для беженцев, оборудованием и содержанием приютов, убежищ, яслей, чайных и питательных пунктов.

"Лига защиты детства"
7 декабря 1914 года состоялось учредительное собрание и выборы правления нового общества "Лига защиты детства". Задачи "Лиги": содействие физическому, умственному и нравственному воспитанию детей, как в семье, так и вне ее,  забота о брошенных и беспризорных детях,  правовая охрана детства, борьба с детской преступностью.

"Российское общество защиты женщин"
Российское общество защиты женщин, призванное оказывать международную и всероссийскую материальную и нравственную помощь всем обездоленным, взяло под свою опеку семьи призванных на военную службу запасных и ополченцев. Особая помощь оказывается женам воинов, чей брак не имеет документального подтверждения (второй брак, сожительство и т. п.) и юридически недействителен. С уходом на войну мужчин женский труд постепенно входит во все отрасли (газетчицы, кондукторши, стрелочницы, приказчицы). Дети с утра до ночи остаются без присмотра. К 1 августа 1915 года при Петроградских Попечительствах открыто 739 постоянных приютов, принявших 1 125 детей; 455 яслей, принявших 972 ребенка. Образованное в мае 1913 года, Всероссийское попечительство об охране материнства и младенчества под покровительством Императрицы Александры Федоровны, оказывает помощь семьям лиц, призванных на войну. В 1914 и 1915 годах на эти цели отпущено 500 000 руб. Летом 1915 года открыто 417 яслей на 17 338 детей в помощь работающим матерям.

"Общежитие для увечных"
В начале войны отец и сын Харины пожертвовали 40 000 руб. на устройство мастерских для восстановления трудоспособности увечных воинов. При мастерских было открыто общежитие на 30 человек. Позже Харины учредили общество, которое приняла под свое покровительство Великая Княгиня Ольга Александровна. Общество сняло на Выборгской набережной особняк с садом, в верхнем этаже которого - приют на 100 коек, в нижнем - мастерские: сапожная, шапочная, вязальная, портновская.

"Северопомощь"
По инициативе члена Государственного Совета С.И. Зубчанинова в 1915 году возникла обширная организация "Северопомощь". Задача организации - помощь в эвакуации населения губерний Северо-Западного Фронта. "Северопомощью" устроено: 295 питательных станов, 46 чайных, 60 лавок с продажей предметов первой необходимости, 72 больницы, 73 амбулатории, 47 школ, аптеки, бани, жилые бараки, детские приюты. Помощь оказывается и постоянному населению мест, прилегающих к фронту. Приблизительно 2900 селений обслуживается сухими пайками.
"Помощь кооперативов". Помощь кооперативов населению в дни войны составила значительную сумму. Кооперативы снабжают армию продовольствием, удерживают цены на прежнем уровне в дни исключительного повышения цен торговцами весной 1915 года.

"Первый дом инвалидов и сирот"
Дом инвалидов и сирот великой войны открыт весной 1915 года в Вятке. Лучшее в городе здание пожертвовано купцом Булычевым, который отпустил еще 200 000 рублей на содержание Дома. По инициативе Архиепископа Платона в Кишиневе строится приют для сирот воинов. Городская Дума отвела земельный участок в 8 десятин для постройки приюта на 1000 детей. Первый в России приют-мастерская для слепых воинов организован в Харькове при содействии Харьковского комитета по сбору пожертвований на помощь лишившимся зрения воинам. Среди отделений мастерской - корзиночное и щеточное производства.

"Новое Общество"
30 августа 1915 года издан закон, возлагающий заботы о материальных и духовных нуждах беженцев на Министра Внутренних Дел и подведомственные ему органы. По заявлению Министра Финансов, в Государственной Думе на выдачу пайков временно осиротевшим семьям, кормильцы которых ушли на войну, выделен один миллиард рублей. Осенью 1915 года в Петрограде учреждено Новое Общество. Его задача - организовать в России сеть сельскохозяйственных ремесленных трудовых колоний для детей и сирот воинов; построить поселки для калек воинов и их семей, где предполагается открыть школы-мастерские, позволяющие семьям частично окупить свое содержание.

"Патронат - убежище"
Группа жертвователей во главе с графом В.И. Дмитриевым-Мамонтовым устроила в Петрограде убежище для инвалидов с сапожной мастерской и школой садоводства и огородничества. Устройство патроната исчисляется в 60 000 руб., содержание - 100 000 рублей.

"Патронат для воинов"
Крестьяне Чигиринского уезда учредили в начале войны патронат для увечных воинов и выстроили собственное здание стоимостью в 70 000 руб. В Боровске зимой 1916 года торжественно открыт на пожертвования инвалидный дом для русских инвалидов войны. В Курской губернии открыт приют на 25 сирот и полусирот на пожертвованные князем А.Н. Волконским 1 500 рублей. Для приюта князем пожертвовано восьмикомнатное здание в собственном имении.

"Всероссийское общество попечения о беженцах"
Всероссийское общество попечения о беженцах открылось в Петрограде. Задача - помощь беженцам, преимущественно русским. В дополнение к помощи правительственной - содействие во временном устройстве и последующем возвращении людей на родину. 17 марта 1916 года в Москве состоялся Съезд по борьбе с детской беспризорностью. "Посылая на святое дело борьбы за родину всех мужчин ... неся, естественно, громадные потери в людях, русский народ и именно мы, оставшиеся в тылу, должны позаботиться о будущих гражданах русских, которые займут места отцов".
Обсуждались проекты закона о попечительных мерах над беспризорными детьми, об опеке над детьми беженцев, об организации помощи детям беженцев в Петрограде, об охране детского труда и др.

"Общество трудовой помощи"
В Москве возникло Общество трудовой помощи инвалидам мировой войны. Задача - открывать школы и мастерские, устраивать общежития для обучающихся инвалидов, снабжать их орудиями производства, заниматься трудоустройством, создавать инвалидные артели.

Общество трудовой помощи "УЛЕЙ"
Основано (устав утвержден 12 июля 1911) по инициативе специалиста по пчеловодству, чиновника Министерства путей сообщения надв. сов. Л. М. Редько. Находилось в ведении Попечительства о трудовой помощи. Учредителями выступили: Л.М. Редько, проф. медицины В. К. фон Анреп, кн. И. В. Барятинский, ген.-м. Е. И. Бежанов, гр. Е. П. Беннигсен, член Государственной Думы епископ Холмский и Люблинский Евлогий, Е. П. Ковалевский, д.с.с. Н. С. Наркевич, директор народных училищ С.-Петербурга А. Смирнов, Н. В. Шехтель и др. Целью общества провозглашалось: «оказывать трудящимся лицам обоего пола и их детям временную помощь». Устав предполагал наличие почетных членов, членов-благотворителей (пожертвовавших не менее 1000 рублей), действительных членов (с ежегодным взносом 5 рублей или 100 рублей единовременно) и членов-соревнователей (вносящих 1 рубль в год).

С началом 1-й Мировой войны общество постановило открыть дневное убежище для детей запасных и ополченцев из числа бедных рабочих. Для этих целей Проволочный и гвоздильный завод Донецко-Юрьевского металлургического общества бесплатно выделил помещение площадью около 200 кв. м по адресу: В. О., 25-я линия, 6. Убежище, ставшее главным предметом забот общества, было открыто 5 октября 1914. К началу 1915 в нем содержалось 26 детей в возрасте от 4 до 8 лет. Врачебный надзор за детьми безвозмездно осуществляла думский врач И. Котляревская. Более 100 книг для детской библиотеки пожертвовали издатели Л. М. Вольф и П. П. Сойкин. В яслях устраивались концерты, патриотические спектакли и рождественские елки.


Столовая дневного убежища для детей Общества трудовой помощи «Улей». Петроград, 1915 год.


Общество трудовой помощи «Улей». Воспитанники дневного убежища с попечителями и воспитателями. 1915 год.

Общий вид московского отделения Инвалидного дома императора Александра II для железнодорожных служащих. Красновидово. Московская губ. 1901 год.

Одной из самых травматичных отраслей российской промышленности был железнодорожный транспорт. В 1880 Министерство путей сообщения учредило Инвалидный дом для железнодорожных служащих, который вскоре открыл отделения в Московской, Полтавской, Гродненской и Харьковской губерниях. Заведение содержалось за счет отчислений от доходов казенных и частных железных дорог (по 5 рублей с каждой версты), а также пожертвований. Принимались не только одинокие инвалиды, но и семейные, с женами и детьми до 17 лет. При каждом отделении имелась больница, церковь, школа, баня, прачечная, выделялись земельные участки под сады и огороды.

Женщины-заключенные с детьми в камере Арсенальной женской тюрьмы. Санкт-Петербург. 1912 год.
Усилиями Санкт-Петербургского Дамского благотворительного тюремного комитета камеры в женской тюрьме были реконструированы, вместо нар установлены кровати.
   
"Московское общество снабжения неимущих квартирами" отстраивает целый поселок двухэтажных домов. Комнаты сдавались престарелым женщинам по низким ценам; существовало бесплатное медицинское обслуживание жителей. Общество поощрения трудолюбия в Москве открывает первые народные кухни – столовые для неимущих – бесплатные либо с низкими ценами, вскоре эта практика распространяется по всей стране.

Выдача пособий в комитете 3-го Городского попечительства о бедных. Петроград. 1916 год.


Известными благотворительными обществами были: Общество попечения о бедных и больных детях ("Синий Крест"), Санкт-Петербургское общество "Детская помощь", Общество защиты детей от жестокого обращения, Союз для борьбы с детской смертностью в России, Русское женское взаимно-благотворительное общество и многие другие.


Колонна скаутов и детей-участников сбора средств в помощь разоренным войной окраинам России проходит по Невскому проспекту. Петроград. 29–31 мая 1915 года.

Благотворители повсюду открывали новые социальные учреждения: бесплатные больницы, приюты, дома трудолюбия. В 1905 году в Тифлисе было организованно Общество помощи инвалидам на Кавказе с целью призрения низших чинов, потерявших способность к труду. Оно существовало за счет членских взносов и пожертвований. Помимо выдачи инвалидам войны денежных пособий, Общество содержало свое благотворительное учреждение – “Кавказский инвалидный дом” на 24 человек и т.д.

Широкой благотворительной деятельностью известны предприниматели, купцы: Бахрушины, пожертвовавшие на социальные проекты с 1892 – 1912 гг. почти 4 млн рублей, Абрикосовы, открывшие в Москве бесплатный родильный приют, женскую лечебницу и детский сад, Королевы и многие другие филантропы. Поддержкой науки, культуры и искусства прославились Щукины, Рябушинские, Третьяковы, Морозовы и др.


Невозможно перечислить все благотворительные общества, действующие в дореволюционной Росиии, их были тысячи.

После октябрьской революции 17-го года институт частной благотворительности практически исчез в России. Идеология большевиков не допускала никаких форм благотворительности. Все средства общественных и частных благотворительных организаций были в короткие сроки национализированы, их имущество передано государству, а сами организации упразднены специальными декретами. Большевики начали кампанию безжалостной критики «буржуазной филантропии», которая, по их мнению, лишь маскировала «эксплуататорскую сущность» российского предпринимательства.

В целях соблюдения «революционного порядка» любая частная (как, впрочем, и общественная) благотворительная деятельность пресекались.

Официальная идеологическая позиция по отношению к благотворительности была отражена в Большой советской энциклопедии, изданной в 1927 году. Там благотворительность трактовалась как «явление, свойственное лишь классовому обществу», тогда как «социальному строю СССР чуждо понятие благотворительности».

                                                  Митинг детей против ёлки, 1929 г.

После революции 1917 года, даже рождественская ёлка была запрещена большевиками.

В первые годы советской власти большевики проводили уже не рождественские, а новогодние ёлки. Как известно, Ленин встречал 1919 год с детьми у елки в Сокольниках, а 1923 - в Горках.
В 1927 году устраивать новогодние елки было не рекомендовано. В изданных в 1927 году «Материалах к антирелигиозной пропаганде в рождественские дни», например, говорится: «Ребят обманывают, что подарки им принес Дед Мороз. Религиозность ребят начинается именно с елки. Господствующие эксплуататорские классы пользуются «милой» елочкой и «добрым» Дедом Морозом еще и для того, чтобы сделать из трудящихся послушных и терпеливых слуг капитала».

«Скоро будет Рождество -
Гадкий праздник буржуазный,
Связан испокон веков
С ним обычай безобразный:
В лес придет капиталист,
Косный, верный предрассудку,
Елку срубит топором,
Отпустивши злую шутку».
«Только тот, кто друг попов, елку праздновать готов».


И только после 1935 года ёлка насовсем вернулась к советским детям.

                                        Культ Ленина стал заменять понятие "благодеяние"

                          Торжественный праздник на Красной площади в Москве.

С началом "триумфального шествия Советской власти" список сирот дополнялся сотнями тысячами детьми раскулаченных, экспроприированных и расстрелянных при этом крестьян, жертв восстаний в Тамбовской губернии и в казачьих станицах.

Только с 1918 года по 1922 год во время  "Красного Террора" население России уменьшилось на 15,1 млн. человек.

                                                Бывший "кулак" с детьми просит пищи

Годы "Красного Террора", раскулачивание, расстрелы крестьян, засух и неурожаев привели к страшному голоду в Сибири и Поволжье и тысячи детей кинулись искать спасения в городах или в более хлебных губерниях. Со временем среди беспризорников становилось все больше тех, кто ушел из дома сам, потому что в семье, потерявшей кормильца или в семье безработного, просто-напросто было нечего есть. Уходили старшие, давая возможность выжить малышам или на поиски заработков. Убегали и от плохого обращения, и от побоев, от пьянства и много от чего другого,- так к круглым сиротам добавились тысячи беспризорников наполовину. Понятно, что на работу они устроиться не могли, поскольку и взрослым ее не хватало.
Положение детей на улице было ужасающим. Никто из них не имел хотя бы приближающихся к нормальным условий существования. Холод, голод, грязь, вши и болезни были их постоянными спутниками. Угрожающие размеры беспризорность приняла в 1921- 1925 гг.

В 1921 году в России насчитывалось 4,5 млн беспризорников, в 1922 году было 7 млн беспризорников, хотя реально их было гораздо больше.

                              Московские беспризорники 1920-е годы

В 1921 г. в стране начался жестокий голод, в связи с которым была организована широкая агитация за сбор пожертвований в помощь брошенным детям.

По инициативе московских педагогов в сентябре 1922 г. при Московском отделе народного образования возникла Чрезвычайная комиссия по борьбе с детской беспризорностью (ДЧК). Для детей были созданы особые пункты на всех вокзалах Москвы. В сентябре - ноябре 1922 г. сотрудники ДЧК подобрали на вокзалах и улицах города около семи тысяч беспризорников.

                                                     Голодающие дети Поволжья.1921год.

По всей стране начали устраиваться тысячи бараков, детских уличных столовых и ночлежек, спасавших несчастных детей лишь от голода и физической смерти. Со временем стали организовываться приемники для оказания первой социальной помощи, детские дома для детей школьного и дошкольного возраста, а также специализированные: для дефективных и умственно отсталых детей.

                                     Распределение пищи в охваченных голодом губерниях


                                      Медицинская помощь оказываемая жертвам голода

Советское государство, тем не менее, пыталось найти выход из создавшейся ситуации.
ВЦИК и Наркомпрос РСФСР издали закон "Об организации дела борьбы с детской беспризорностью".
К началу 1925 г. в РСФСР было создано около 200 трудовых коммун для подростков. Самой известной из них стала трудовая колония им А. М. Горького, организованная А. С. Макаренко под Харьковом. В одной из таких коммун в селе Улукове Гомельской области в бывшей усадьбе было размещено 70 мальчиков и девочек в возрасте 12-16 лет, для работы в их распоряжении находились 15 коров, столько же лошадей, сад, кузница, мельница и водопровод. Также известными были: коммуна имени Ф. Э. Дзержинского, Прилуцкая трудовая коммуна, Болшевская коммуна, Лопасненский институт трудового воспитания "Новая жизнь" и др.

Перед трудовыми колониями была поставлена вполне конкретная задача: "дать воспитанникам общее политехническое образование и практические трудовые навыки в целях подготовки их к общественно-полезной трудовой деятельности". Поэтому при коммунах было устроено более тысячи мастерских.
Впрочем, названные учреждения занимались ограниченным числом детей, тогда как большинство беспризорников пополняло криминальную среду или попрошайничало.
При большевиках вплоть до 1929 г. в Ленинграде существовала детская проституция. Вскоре детские дома стали переводиться на местный бюджет, поэтому их число заметно сократилось.

После принятия описанных мер начался новый виток в усилении беспризорности 1930-х годов, когда государство стало прибегать к более жестким мерам, сводившимся, в частности, к организации "закрытых поселений", куда собирали беспризорников (например, получивший печальную известность "101-й километр" от Москвы).


В соответствии с данным общесоюзным постановлением 25 ноября 1935 года на уровне РСФСР было принято Постановление ВЦИК, СНК РСФСР «Об изменении действующего законодательства РСФСР о мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних, с детской беспризорностью и безнадзорностью»

         "СОВМЕСТНОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ ЦИК И СНК СССР
О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних
В целях быстрейшей ликвидации преступности среди несовершеннолетних ЦИК и СНК Союза ССР постановляют:

1) Несовершеннолетних начиная с 12-летнего возраста, уличенных в совершении краж, в причинении насилий, телесных повреждений, увечий, в убийстве или в попытках к убийству, привлекать к уголовному суду с применение всех мер уголовного наказания.

2) Лиц, уличенных в подстрекательстве или в привлечении несовершеннолетних к участию в различных преступлениях, а также в понуждении несовершеннолетних к занятию спекуляцией, проституцией, нищенством и т. п. — карать тюремным заключением не ниже 5 лет.

3) Отменить ст. 8 «Основных начал уголовного законодательства Союза ССР и Союзных Республик».

4) Предложить Правительствам Союзных республик привести уголовное законодательство республик в соответствие с настоящим постановлением.

Пред. ЦИК СССР М. КАЛИНИН
Пред. СНК СССР В. МОЛОТОВ
Секретарь ЦИК СССР И. АКУЛОВ
Москва, Кремль
7 апреля 1935 г.
№ 3/598
ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 12. Д. 103. Л. 35. Типографский экз.
Опубликовано: Известия ЦИК Союза ССР и ВЦИК, № 81 от 8 апреля 1935 г"


После первого постановления вышло второе:
"Циркуляр Прокуратуры СССР и Верховного Суда СССР прокурорам и председателям судов о порядке применения высшей меры наказания к несовершеннолетним"

20 апреля 1935 г. Совершенно секретно
Хранить наравне с шифром
№ 1/001537 — 30/002517

Всем прокурорам союзных республик, краевым, областным, военным, транспортным, железнодорожным прокурорам, прокурорам водных бассейнов; прокурорам спецколлегий, прокурору г. Москвы. Всем председателям верховных судов, краевых, областных судов, военных трибуналов, линейных судов; судов водных бассейнов, председателям спецколлегий краевых, областных и верховных судов, председателю Московского городского суда.

Ввиду поступающих запросов, в связи с постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 апреля с.г. «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних», разъясняем:

1. К числу мер уголовного наказания, предусмотренных ст. 1 указанного постановления, относится также и высшая мера уголовного наказания (расстрел).

2. В соответствии с этим надлежит считать отпавшими указание в примечании к ст. 13 «Основных начал уголовного законодательства СССР и союзных республики и соответствующие статьи уголовных кодексов союзных республик (22 ст. УК РСФСР и соответствующие статьи УК других союзных республик), по которым расстрел к лицам, не достигшим 18-летнего возраста, не применяется.

3. Ввиду того, что применение высшей меры наказания (расстрел) может иметь место лишь в исключительных случаях и что применение этой меры в отношении несовершеннолетних должно быть поставлено под особо тщательный контроль, предлагаем всем прокурорским и судебным органам предварительно сообщать прокурору Союза и председателю Верховного Суда СССР о всех случаях привлечения к уголовному суду несовершеннолетних правонарушителей, в отношении которых возможно применение высшей меры наказания.

4. При предании уголовному суду несовершеннолетних по статьям закона, предусматривающим применение высшей меры наказания (расстрела), дела о них рассматривать в краевых (областных) судах в общем порядке.

Прокурор Союза ССР Вышинский
Председатель Верховного суда СССР Винокуров
ГА РФ Ф Р-8131 Оп 38 Л 6 П 47а Подлинник"


5 июля 1937 года Политбюро, рассмотрев «вопрос НКВД», приняло его предложение о «заключении в лагеря на 5–8 лет всех жен осужденных изменников родины, членов правотроцкистской шпионско-диверсионной организации». В постановлении Политбюро определялась и судьба их детей. Наркомвнуделу предлагалось «разместить детей в существующей сети детских домов и закрытых интернатах наркомпросов республик».
Воля партии, оформленная в оперативном приказе НКВД СССР от 15 августа 1937 года № 00486, рассматривалась исполнителями как «особое задание по изъятию детей врагов народа».

В связи с этим органам поручалось на базе существующих трудпоселков в Нарыме и Караганде организовать два концлагеря, «примерно по три тысячи человек, с крепким режимом, усиленной охраной (только из вольнонаемных), исключающей побеги, с обязательным обнесением колючей проволокой или забором, вышками и тому подобное, использованием этих контингентов на работах внутри лагеря»
Жены подлежали заключению в лагеря на сроки не менее 5–8 лет, а дети старше 15 лет — в зависимости от «степени родства» — в лагеря или исправительно-трудовые колонии НКВД, либо водворялись в детские дома особого режима наркомпросов республик. Грудные дети направлялись с их матерями в лагеря, откуда по достижении одного-полутора лет передавались в детдома или ясли наркомздравов республик. Дети в возрасте до 3-х лет «уходили» в детдома и ясли наркомздравов республик в пунктах жительства осужденных, а от 3 до 15 лет — в детдома наркомпросов других республик (не столичных и пограничных городов).

О положении детей «врагов народа» в детдомах свидетельствуют даже сами документы НКВД: «...в ряде детских домов имеет место враждебное отношение к детям репрессированных, переходящее в случаи прямого издевательства над ними», «во многих детдомах детей репрессированных  преследуют, рассматривая их как врагов». «В Федоровском детдоме Кустанайской области Казахской ССР имеют место массовые побеги детей репрессированных родителей. Дети не занимаются, так как их избивают школьники хулиганы... Дети репрессированных Кручина и Степанова были изнасилованы взрослыми воспитанниками. В столовой детдома на 212 детей имеется всего 12 ложек и 20 тарелок. В спальне — один матрац на три человека. Дети спят в одежде и обуви».

В Карлаге наравне со взрослыми отбывали срок и дети «врагов народа». Их брали со школьной скамьи, и никому не приходило в голову считать их неправоответственными за мнимые «преступления» отцов.
На 1 января 1938 года среди прибывших 2103 жен «ЧСИР» в Карлаге было 655 беременных и кормящих матерей. В 1941 году прибыло 108 беременных женщин. Все они рожали в лагере. После трех-четырехлетнего возраста детей отнимали у матерей и направляли в Дом младенца.

По достижении трехлетнего возраста детей распределяли в детские дома. В Карлаге имелось 5 детских домов: Компанейский, Литвиновский, Осакаровский, Пионерский и Каркаралинский (Бесабинский) Дети, находившиеся в детских домах, воспитывались в духе ненависти к своим родителям и часто отказывались от них. Дети осужденных родителей в дальнейшем не имели доступа к определенным видам профессии, и все это время на них висело клеймо «врага народа».
По архивным данным, в Домах младенцев и детских домах Карлага отмечается высокая смертность детей.
Так, за 1941 -1944 г.г. умерло 924 детей, а за 1950-1952 г.г. - 1130. Их хоронили на пустынной окраине Долинки. Позже это место стало называться «Мамочкино кладбище».

Мария Барковская, 1914 года рождения, осуждена ОСО НКВД СССР по 58-й статье. В Долинке 21 мая 1940 года она родила дочь, которую назвала Тамарой.
Мария Барковская вспоминает:
"Как я помню, недалеко от Долинки, позже в советское время это был совхоз «Карагандинский», на центральной усадьбе его находились огромная женская зона ЦПО и детгородок, где содержались дети заключенных матерей до двухлетнего возраста, потом детей отправляли по детским домам. Матерей водили на кормление под конвоем, который над ними зачастую куражился, всячески стараясь унизить и дать понять, что, мол, «какая она мать – враг народа» и не имеет права воспитывать ребенка. Детей очень много умирало. В холодном коридоре стояло несколько бочек, куда трупики мертвых детей складывали, и там бегали крысы и часто грызли эти окоченевшие трупики."

Горькую чашу спецпоселенца пришлось испить калмыцкому поэту Давиду Кугультинову.
 «Переступил порог, — вспоминает Кугультинов, — дети. Огромное количество детей до 6 лет. В маленьких телогреечках, в маленьких ватных брючках. И номера — на спине и на груди. Как у заключенных. Это номера их матерей. Они привыкли видеть возле себя только женщин, но слышали, что есть папы, мужчины. И вот подбежали ко мне, голосят: «Папа, папочка». Это самое страшное — когда дети с номерами. А на бараках: «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство».
..........
В России, где до революции с редким упорством, причём и простым народом и интеллигенцией, поддерживалась благотворительность и собирались огромные средства из частных пожертвований и воспитывалась культура помощи друг другу, буквально за двадцать лет господства власти большевиков большая часть накопленного была невозвратно утрачена.

Обрубились все корни, питавшую русскую культуру испокон веков и народ должен стать говорить и думать на одном, упрощённом языке коммунистических идеалов. Произошло насильственное упрощение русской культуры, упрощение как нашего языка и нашего национального опыта, так и состава людей, которые должны были сохранять наши традиции.

Прошлое русского народа до 1917 года стало насильственно демонизироваться, заменяя его идеалами коммунизма и культом личности большевистских деятелей.

Власть большевиков, обрубавшая все корни, которые питали русскую культуру испокон веков, убивавшая людей, которые могли бы поддержать то, чего она сама не принимала, привела общество к уже невосполнимому  упрощению русской культуры. Перестали развиваться не только новые направления, была утрачена огромная часть уже сделанного.
Особенно это касается местной, провинциальной жизни, которую раньше благотворители, часто сами родом из провинции, с таким вниманием и усердием поддерживали. Хранили как свою собственную историю, историю собственной семьи и собственного гнезда.

Вместе в православными храмами гибли иконы. Гибли и рукописные книги, когда целыми деревнями арестовывали и ссылали староверов. Гибло и современное светское искусство - без коллекционеров и меценатов, без выставок. Всё это привело к огромному и решительному разрыву в культуре, нарушению самой её генетики. Были не просто утрачены те или иные артефакты, но и погибли целые школы - в живописи, в философии, в литературе.

Не стало главного, что есть в культуре - её преемственности, той среды, которая позволяла сохранять навыки, приемы отношения к миру, его понимания- они, как и навыки ремесла, увы, могли передаваться лишь напрямую - от учителя к ученику.

И несмотря на все запреты,  в годы Великой Отечественной войны с помощью церкви на оборону страны было собрано 200 миллионов рублей. Часть из них пошла на танковую колонну имени Дмитрия Донского и авиационную эскадрилью имени Александра Невского. Люди сдавали не только деньги и драгоценности, но и одежду, обувь, приносили, кто что мог. Только после Великой Отечественной Войны функции благотворительности опять целиком взяло на себя государство, но коллективный труд на благо общества (субботник, сбор макулатуры и металлолома, движение школьников-тимуровцев, помощь пенсионерам) всегда приветствовался народом.