Рассказать о нас в соц.сетях

суббота, 2 ноября 2019 г.

город Сергач и революция

Сергач — старинный город Нижегородской области, самое первое упоминание о котором в древних русских летописях относится к 1382 году.

С 1910 года земская аптека в Сергаче стала отпускать медикаменты бесплатно всем проживающим в уезде, а к 1915 году в уезде действовали 4 больницы. Сергачским земством была разработана программа строительства школ, и к 1916 году в уезде работали 84 земские школы, 8 министерских училищ, 3 татарских школы, 52 церковно-приходских школы. Всего в уезде было 9814 учеников.

Ученики Решетихинской начальной школы. 1905 г. Село Решетиха Нижегородская губерния. Российская империя
Ученики Решетихинской начальной школы. 1905 г. Село Решетиха Нижегородская губерния.

В 1913 году развернулось строительство железной дороги от Арзамаса до Шихран (ныне — город Канаш). Многие сотни крестьян Сергачского и соседних уездов стекались на строительство.

В 1914 году по проекту знаменитого архитектора А. В. Щусева возводится вокзал. Строительство депо завершено в 1918 году. Станция оказала большое влияние на развитие города и уезда.

18 января 1918 года в здании почтово-телеграфной конторы состоялся первый уездный съезд Советов, который провозгласил Советскую власть в Сергаче и уезде.

Уже летом 1918 года власть большевиков висела на волоске. Демагогические лозунги, в силу которых часть народа пошла за партией Ленина, оказались обманом. Вместо земли крестьяне получили новое крепостничество. Вместо мира – социальную рознь и гражданскую войну. Вместо рабочего контроля над фабриками – насилие над пролетариатом, творимое его же именем. Блефом оказался обещанный хлеб, голодомор и людоедство уже маячили перед самой хлебородной страной мира.


Сергачская городская школа. 1928 год. Город Сергач до и после революции. Становление советской власти. Большевики и красный террор. Нижегородская область. Губчека в Сергаче.
Сергачская городская школа. 1928 год. Нижегородская область. (фото из личного архива charmingrussia)

Сергачская городская школа. 1928 год.Город Сергач до и после революции. Становление советской власти. Большевики и красный террор. Нижегородская область. Губчека в Сергаче.




Социальная база коммунистов таяла на глазах. В таких условиях оставалось последнее средство — беспощадный террор. Он был и ранее – как ответ на спонтанные протесты против грабежей комбедов, насилий продотрядов, убийств чрезвычаек. Но после почти синхронных убийства главы ПетроЧК Моисея Урицкого и ранения самого Ленина, последовавших 31 августа, приобрел тотальный характер. Что стрелявшие были не кадеты или черносотенцы, а свои же, революционеры, не в счет!

«Убит Урицкий. На единичный террор наших врагов мы должны ответить массовым террором… За смерть одного нашего борца должны поплатиться жизнью тысячи врагов... Кровь за кровь. Без пощады, без сострадания мы будем избивать врагов десятками, сотнями. Пусть их наберутся тысячи. Пусть они захлебнутся в собственной крови! «Красная газета», 3 сентября 1918 г.

От слов тотчас перешли к делу. В Петрограде в одну ночь по приказу Дзержинского расстреляли 512 человек. Сообщение об этом было растиражировано по всей России. «Рабоче-крестьянский нижегородский листок» уже 1 сентября оповестил о бойне крупным крупным, под аршинным заголовком: «Разстрел 500».

В уездном городе Сергач, где большевики также спели гимн ненависти и мести, устроив 3 сентября 1918 года показательную резню, жуткие предания передавалась из уст в уста, из поколения в поколение.

В музее до сих пор хранится найденный заведующим уникальный документ — уездная газета от 4 сентября 1918 года. На первой ее полосе бросается в глаза крупная шапка - «Да здравствует красный террор!! Смерть буржуазии!! Пролетариат отомстит за своих вождей!!» (Именно так — по два восклицательных знака).

«Расстрел контрреволюционеров. Вчера в Сергаче по постановлению Военно-Революционного Штаба расстреляны 5 человек в отмщение за покушение на наших вождей: 1) Фертман А.Л. - спекулянт. 2) Приклонская — помещица. 3) Никольский — протоиерей. 4) Рыбаков И.Г. - офицер. 5) Рудневский Н. - офицер». И вновь: «Да здравствует Красный Террор! Смерть буржуазии!» Газета «Думы пахаря», 1918, № 17, 4 сентября.

Газета Думы Пахаря. 1918 год. Город Сергач до и после революции. Становление советской власти. Большевики и красный террор. Нижегородская область. Губчека в Сергаче. Сергачская городская школа.



Жертвы и палачи

Рассказывает Светлана Вячеславовна Громова:

- В 4 часа утра жительница Сергача Мария Ивановна, жившая на Острожной, против тюрьмы, услышала со стороны острога крики. Неистово кричала женщина: «Солдатушки, не стреляйте, не берите грех на душу! Побойтесь Бога!». Мария, оставив корову, поспешила к забору. Кричавшую она тотчас узнала. То была Ольга Приклонская, бывшая барыня, жившая на соседней Дворянской улице. Она славилась добротой и отзывчивостью, помогала воспитывать последнего отпрыска рода Пушкиных – Николеньку. Свидетельница видела, как грянул залп, Ольга Ивановна неловко упала, широкая юбка завернулась ей на голову…

О другом расстрелянном, 26-летнем Иване Рыбакове, рассказала его племянница, сергачанка Лидия Николаевна Ручина:

- Сначала пришли арестовывать отца Григория Дементьевича, бывшего полицейского урядника в Гагине. Но дома его не оказалось. И чекист указал на сына: «Тогда ты пойдешь». Ивану было 26 лет, он окончил городское училище и выбрал военную службу. В мировую войну отважно сражался, дослужился до прапорщика, за храбрость получил боевую награду.


Племянница по отцу, Юлия Петровна Рыбакова, ныне сотрудник музея в Санкт-Петербурге, предоставила фото, где Иван Рыбаков изображен среди чинов учебной команды 106 запасного пехотного полка, год 1917-й, Вятка. После демобилизации офицер трудился на станции Сергач местной железной дороги.

Вспоминает Лидия Ручина:

Расстрелом вместе с чекистом Михельсоном командовал председатель укома партии Санаев. Он был товарищем Ивана по училищу. Приклонские, Рыбаковы помогали ему, выходцу из бедной семьи, учиться, у них он жил, за одним столом ел-пил. Перед казнью дядя Ваня сказал: «Миша, ты меня убиваешь насмерть, а маму – на всю жизнь!» - Санаев только кепку на глаза надвинул. Загремели выстрелы, дядя Ваня был ранен, и Михельсон, подбежав, добил его из револьвера.

* Учащиеся Сергачского городского училища. Внизу под № 2 - Ваня Рыбаков, вверху пятый справа - его убийца Миша Санаев, вверху первый справа - Андрей Громов. Фото из Сергачского краеведческого музея.

Наряду с губернским обер-чекистом (бывшим террористом из «Бунда», а позднее – дезертиром) Воробьевым, предводителями уездных чрезвычаек Фадеевым (Васильсурск), Зиминым (Павлово), Мовчаном (Растяпино) сергачские кромешники Михаил Санаев и Николай Михельсон были самыми кровавыми из кровавых. Местная округа не раз вздрагивала от их карательных акций.

Главарь Нижегородской Губчека Авраам-Яков Зусев Воробьев
* Главарь Нижегородской Губчека Авраам-Яков Зусев Воробьев, уроженец Киевской губернии, в 1900-е годы член боевой организации "Бунда", участник грабежей, в 1905 г. создал боевую группу самых отмороженных террористов - анархистов-коммунистов, неоднократно арестовывался полицией, сидел в тюрьме, ссылался на севера, в 1915 г. - дезертировал из Российской армии, в Нижнем Новгороде жил нелегально под именем Григорий Кац, активный участник переворота 1917 г., стал формировать в Нижнем бандгруппы из эвакуированных латышей в основном криминального толка. На посту главы Чрезвычайки - организатор массового террора, расстрелов заложников, залил Нижегородскую губернию русской кровью.

Пройдет еще четыре месяца, и ими же в татарской деревне Семеновка будет устроена небывалая по жестокости резня: в результате стычки группы насильственно мобилизованных в РККА жителей погибло несколько комиссаров (число погибших с той стороны советские источники умалчивают); в ответ Сергачская ЧК в одну ночь расстреляла без суда свыше 50 селян. Сегодня в деревне им поставлен мемориал.


- Другим очевидцам, - рассказывает Светлана Громова, – запомнился протоиерей Сергачского Владимирского собора Николай Никольский. Ему было 54 года, он был законоучителем многих школ, пользовался всеобщим уважением. Под дулами винтовок отец Николай осенил себя крестом и воскликнул: «Видит Бог, мы ни в чем не виноваты». Перед залпом всем приказали отвернуться, но батюшка сказал: «Спаситель не отворачивался, когда его распинали, и мы не будем».

Четвертый из убитых заложников оказался студент Петроградского института инженером путей сообщения Николай Николаевич Рудневский.

Совсем еще молодой человек, он был сыном местного педагога-подвижника, первого учителя открытого в 1835 году Сергачского городского училища Николая Васильевича Рудневского.


В Сергач юноша приехал в мундире студента-путейца и этого оказалось достаточным, чтобы невежественные и объятые злобой чекисты объявили его "офицером".

Пятый из заложников – Лейба Моисеевич Фертман – был мелким торговцем. Говоря о нем, мои собеседники подчеркивали, что не было у Лейбы никаких богатств, жил он в ветхом домишке. Будто убить невиновного из числа богатых – меньший грех. Что ж, это вбивали в нас почти век.

Апологеты большевизма и чекизма лукавят: красный террор был только ответом на «белый террор». Ложь! Белые контрразведки не расстреливали по 500 заложников в ответ на выстрелы террориста-одиночки. О практике ВЧК историк русского зарубежья Сергей Мельгунов справедливо сказал:

«Это система планомерного проведения в жизнь насилия, это такой открытый апофеоз убийства, как орудия власти, до которого не доходила еще никогда ни одна власть в мире».

«Стоит почитать любое серьезное и непредвзятое исследование на эту тему и сопоставить приводимые факты, как становится очевидно: с красной стороны - целенаправленная кампания сверху по приказу власти с заложниками, расстрельными списками по утвержденным квотам, убийства только за «неправильное происхождение» и так далее, с противоположной - разрозненные вспышки жестокости белых частей или контрразведки, отдельные теракты против большевистских деятелей». Игорь Симбирцев, историк спецслужб. «ВЧК в ленинской России».

Фото из семейных архивов Светланы Вячеславовны Громовой, Юлии Николаевны Рыбаковой, Сергачского краеведческого музея. (источник)

Из статьи: Автор: Ирина Дудорова, хранитель музея


Показательно ещё то, что члены Губчека, будучи в основном дезертирами, расстреливали солдат, вернувшихся с фронта, как например среди жертв бортсурманского расстрела, где были расстреляны  свыше 1000 жителей уезда, оказался и герой Первой мировой войны Тимофей Федотович Быстров. Сведения о нем по крупицам собрала краевед из Пильны Елена Адушева, отыскавшая внуков Георгиевского кавалера - жителя деревни Ягодное Александра Иванович Кондратьева и жительницу Пильны Валентину Ивановну Есянину. С их слов и составлена биография Тимофея Федотовича. Родился, предположительно в 1880-е гг. в селе Бортсурманы. Участник войны с Японией. В Великую войну 1914 г. воевал в звании фельдфебеля.


Награжден за беспорочную службу медалью "За усердие" на Станиславской ленте - за четыре года сверхсрочной службы, медалью "300-летия Дома Романовых", за отличия в боях Первой мировой - тремя, а по другим данным - всеми четырьмя Георгиевскими крестами и Георгиевской медлалью. У Тимофея Быстрова были четверо детей: Вера, Надежда, Александра и Иван. С войны он вернулся в тот роковой день 8 сентября 1918 г. и сразу же был арестован и в тот же день расстрелян как "кулак, агитатор, белогвардеец и бывший зауряд-прапорщик".



Репрессии продолжались и дальше. Никогда еще в истории России не было таких масштабных и непрерывных гонений на церковь, как в XX веке. Советская власть с первых дней своего существования поставила задачу – полное, с самой беспощадной жестокостью, уничтожение Православной Церкви.

Эта установка лидеров большевиков ярко выражена в известном ленинском письме («Членам Политбюро. Строго секретно») от 19 марта 1922 г.: «…изъятие ценностей, в особенности самых богатых лавр, монастырей и церквей, должно быть произведено с беспощадной решительностью, безусловно, ни перед чем не останавливаясь и в самый кратчайший срок. Чем большее число представителей реакционной буржуазии и реакционного духовенства удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше» (Архивы Кремля. В 2-х кн./ Кн. 1. Политбюро и Церковь. 1922-1925 гг. М. – Новосибирск, «Сибирский хронограф», 1997 г., стр. 143).

В 1935-1941 гг. шло физическое истребление духовенства и мирян с целью полного уничтожения веры. В результате массовых репрессий арестованным предъявляли самые невероятные обвинения в шпионаже, саботаже, терроре.

Cвященник Леонид Иванович Леонтьев с женой Ниной Сергеевной

Леонтьев Леонид Иванович родился в 1896 году в Семеновском уезде в деревне Быдреевке. По окончании обучения служил священником в церкви села Воскресенского Сергачского уезда. Арестован 18 ноября 1937 года органами НКВД. Не сломив в себе веру и не отрекшись от креста, перед тем как его уведут, перекрестил матушку и четверых своих сыновей. На что один из служащих НКВД сорвал с него крест и бросил его на землю. 3 декабря 1937 года Леонид Иванович был осужден и приговорен к расстрелу по двум статьям 58-8, 58-11. Приговор приведен в исполнение 11 декабря 1937 года.



В 1937 году арестовано 136 900 православных священно- и церковнослужителей, расстреляно 85 300.

1938 г. – арестовано 28 300 чел., расстреляно 21 500.

1939 г. – арестовано 1 500 чел., расстреляно 900.

1940 г. – арестовано 5 100 чел., расстреляно 1 100.

1941 г. – арестовано 4 000 чел., расстреляно 1 900.

Это время самых страшных испытаний для Русской православной церкви. За всю историю христианства в России не было гонений, которые по своему масштабу сопоставимы с гонениями на Русскую церковь в те годы. Советское государство решило уничтожить религиозную жизнь в стране. Русская православная церковь почти полностью разгромлена. Многие моменты истории засекречены.

Это цифры, а хочется рассказать о человеческих судьбах, окунуться в те страшные годы гонений на Русскую православную церковь.

– Иван Николаевич Никольский родился 8 октября 1868 года в селе Кладбищи Сергачского уезда Нижегородской губернии и происходил из семьи священника. В 1891 году он окончил Нижегородскую Духовную Семинарию и рукоположен во иерея. В 1933 году будущий священномученик был под арестом три с половиной месяца. Последние годы жизни отец Иван служил в Спасо-Преображенской церкви поселка Карповка на окраине города Горького. 6 августа 1937 года арестован вместе с группой священников и мирян города Горького и заключен в городскую тюрьму. Он обвинялся в участии в «контрреволюционной фашистской организации», будто бы возглавляемой Горьковским митрополитом Феофаном (Туляковым). Виновным себя священник не признал, давать показания на других людей отказался. 21 сентября 1937 года особой тройкой при УНКВД по Горьковской области иерей Иоанн Никольский приговорен к высшей мере наказания. 4 октября он был расстрелян и погребен в безвестной общей могиле на Бугровском кладбище в Горьком. Священномученик Иоанн прославлен в лике святых Архиерейским юбилейным Собором РПЦ в 2000 году.

– Святицкий Иван Алексеевич родился в 1866 году в Сергачском уезде Нижегородской губернии, служил священником в селе Рождествене. 14 сентября 1928 года был арестован по статье 58–10 УК РСФСР (Пропаганда или агитация, содержащие призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти или к совершению отдельных контрреволюционных преступлений, а равно распространение, или изготовление, или хранение литературы того же содержания влекут за собой лишение свободы на срок не ниже шести месяцев). Приговорен к трем годам ссылки в Чувашскую область. Дальнейшая его судьба неизвестна.

– Смирнов Александр Васильевич родился в 1875 году в Лысковском уезде, с. Княгинине. Священник Смирнов проживал в Сергачском уезде, в селе Старом Ахматове. Арестован 29 июня 1928 года по ст. 58-10 и приговорен к трем годам ссылки в Сибирь.

– Кантов Василий Иванович родился в 1874 году в Нижегородской губернии, селе Танайкове. Был священником в селе Ачка Сергачского уезда. Арестован там же 5 сентября 1937 года и приговорен «тройкой» 26 сентября 1937 г. к расстрелу. Обвинялся по ст. 58-10, 58-11. Приговор приведен в исполнение 13 октября 1937 г.

– Лесин Яков Васильевич родился в 1861 году в Сергачском уезде, селе Кладбищи. Был церковным старостой. Арестован 28 сентября 1937 г. Приговорен 22 октября 1937 года к высшей мере наказания – расстрелу. Приговор привели в исполнение 10 ноября 1937 г.

– Кочетков Петр Петрович родился в 1899 году в селе Кузьминки Сергачского уезда Нижегородской губернии. Служил священником в Никольской церкви села Пожарки, арестован там же в 1935-1936 году. Скончался в заключении.

– Навозов Петр Николаевич родился в 1893 году в селе Ключеве Сергачского уезда. До 1932 года служил дьяконом при соборе Владимирской иконы Божией Матери в городе Сергаче. Первый раз арестован 26 марта 1932 года. Приговорен к четырем месяцам лишения свободы. Повторно арестован уже как диакон церкви села Ключева 5 сентября 1937 г.. Приговорен «тройкой» 26 сентября 1937 г. к расстрелу. Расстрелян 13 октября 1937 г.

– Зорин Петр Степанович родился в 1877 году в селе Богородском Сергачского уезда. Священник села Кечасова. Был арестован 1 сентября 1930 года и приговорен «тройкой» 28 октября 1930 года по ст.58-10 к трем годам ссылки в Северный край.

– Лабутов Иван Павлович родился в 1905 году в селе Богородском Сергачского уезда, служил диаконом в селе Воскресенском, арестован осенью 1937 года вместе со священником Леонидом Леонтьевым, старостой храма Андреем Лексановым и православным чувашом Симеоном. Погиб в заключении.

– Леонтьев Леонид Иванович родился в 1896 году в Семеновском уезде в деревне Быдреевке. По окончании обучения служил священником в церкви села Воскресенского Сергачского уезда. Арестован 18 ноября 1937 года органами НКВД. Не сломив в себе веру и не отрекшись от креста, перед тем как его уведут, перекрестил матушку и четверых своих сыновей. На что один из служащих НКВД сорвал с него крест и бросил его на землю. 3 декабря 1937 года Леонид Иванович был осужден и приговорен к расстрелу по двум статьям 58-8, 58-11. Приговор приведен в исполнение 11 декабря 1937 года. Позднее священник Леонтьев реабилитирован, причислен к лику святых, но не канонизирован.

В краеведческий музей имени В.А. Громова Олегом Анатольевичем Леонтьевым, внуком священника Леонтьева, был передан тот самый наперсный крест, который всю свою жизнь бережно хранила жена Леонида Ивановича, жизнь которого оборвалась так же внезапно, как и у многих других репрессированных того времени.

Вот так по крупицам раскрываются все ужасы происходящего во времена гонений на Русскую православную церковь. Хочется преклонить голову перед людьми, чьи имена навсегда останутся неизвестны, перед народом, который пал в результате террора и ложных обвинений, и поставить свечу за упокой души их…


Нельзя не упомянуть и жителей села Кузьминка Сергачского района, пострадавших за веру во время гонений на церковь при советской власти.

Протоиерей Павел Александрович Кротков 27.07.1880 г.р. Служил с 1901 г. Жена Мария. Арестован 17.11.1937 г. Расстрелян 11.12.1937 г.

Когда забирали батюшку, мимо проходил р.Б, Гущин Василий Фёдорович. Возмутился на милиционеров, что они так безжалостно поступают, забирают доброго священника. Арестован, в Сергачской тюрьме убит изуверски 17.11.1937 г. Отомстили за то, что заступился за батюшку. Оклеветали, будто маслом объелся и умер.

Диакон Тимофей Яковлевич Кондратьев, 20.01.1882 г.р. Жена Мария Лавровна, дочь Анастасия; дочь Зинаида; сын Модест. Служил диаконом с 1922 г. Арестован: 6.10.1932 г. 19.02.1933 г. приговорен к 5 г. концл. Дальнейшая судьба не известна. «Книга Памяти» т.З стр.406 Ф.3074,оп.1,ед.хр, 3065 за 1943 г.

Диакон Федор Иванович Кочетков, 1892 г.р., житель с. Кузьминка. Жена Евдокия Алексеевна, дочери Ирина, Антонина, Зинаида, Валентина; сыновья Иван, Виктор, Александр; С 1929 г. — псаломщик. Арестован 06.10.1932 г. Приговорен к 5 г. концлагепя. В 1937г. — диакон. Арестован 17.11.1937 г. Приговорен к Юг. ИТЛ. Умер 24.08.1938г. «Книга Памяти» т.2 стр.389

Церковный староста Баринов Петр Николаевич, 1877 г.р. Жена Мария Егоровна; дочь Прасковья, в 1919 г. был арестован, сидел 3 мес. Арестован: 23.10.1932 г. 19.02.1933г. приговорен к 5 г. концл. Дальнейшая судьба: не известна.

Церковный староста Шуртаков Петр Павлович, 1893 г.р., сыновья Константин, Иван, Василий. Арестован: 5.09.1937 г. 26.09.1937 г. приговорен к ВМН. Расстрелян 13.10.1937 г.

Виновными себя не признали. Их главная вина была в том, что они, веруя Богу, служили Ему в Божием храме даже до мученической смерти.

И ныне молятся они за нас в Царствии Небесном.








Комментариев нет:

Отправить комментарий